Кто он и в каком времени
Янош Корнаи родился в Будапеште в 1928 году в еврейской семье. Во время нацистской оккупации Венгрии его отец был отправлен на принудительные работы и погиб в Освенциме. После войны молодой Корнаи, под впечатлением от «Капитала» Маркса, вступил в коммунистическую партию и в 1947–1955 годах работал в партийной газете «Сабад Неп», дойдя до руководства экономическим отделом. Экономическое образование он получил в значительной мере самостоятельно; позже окончил Будапештский экономический университет.
После смерти Сталина, в период венгерской «оттепели», Корнаи и группа журналистов выступили с критикой руководства. В 1955 году он был уволен из газеты и перешёл в Институт экономики Венгерской академии наук. Его кандидатская диссертация «Сверхцентрализация в управлении экономикой», защищённая в 1956 году на материале лёгкой промышленности, стала первой книгой восточноевропейского автора, изданной на Западе (Оксфорд, 1959) с открытой критикой централизованного планирования. После подавления восстания 1956 года Корнаи на несколько лет потерял возможность выезжать за границу, но продолжал работать в академическом институте.
Международное признание пришло в 1970-е годы. Корнаи был президентом Эконометрического общества (1978), Европейской экономической ассоциации (1987) и Международной экономической ассоциации (2002–2005), действительным членом Венгерской академии наук (1982) и иностранным членом Российской академии наук (1994). С 1986 по 2002 год он преподавал в Гарвардском университете, в 1992 году стал одним из основателей Коллегиума Будапешт — института перспективных исследований. Корнаи умер в Будапеште в 2021 году.
Путь к «Экономике дефицита» лежал через спор с господствующей теорией. В книге «Антиравновесие» (1971) Корнаи критиковал общую теорию равновесия — основу модели Ланге и большей части западной экономической науки — за то, что она описывает хозяйство как систему, стремящуюся к равенству спроса и предложения при заданных ценах, и почти не говорит об организациях, информации и поведении. Эта критика была обращена одновременно к западным теоретикам и к социалистическим реформаторам, которые надеялись исправить плановую экономику правильными ценами. Корнаи предлагал изучать реальные механизмы координации, а не идеальные модели, и именно так построены его последующие книги.
Главные идеи
Главная книга Корнаи «Экономика дефицита» вышла в 1980 году одновременно на венгерском и английском языках; она выросла из лекций, прочитанных в 1976–1977 годах в Стокгольмском университете. Центральный тезис книги Корнаи сформулировал так: система, характерная для социалистической экономики до децентрализующих реформ, неизбежно порождает дефицит. Дефицит здесь — не отдельная нехватка товаров, а постоянное состояние всей экономики: очереди, листы ожидания, вынужденная замена нужного товара доступным, накопление запасов «на всякий случай» и на предприятиях, и в семьях.
Корнаи показал, что это состояние воспроизводится само. Предприятия, не боящиеся разорения, требуют всё больше ресурсов и инвестиций — он называл это «инвестиционным голодом». Поставщики не борются за покупателя, потому что покупатель всё равно возьмёт что дадут; возникает «рынок продавца». Нехватка одного материала останавливает производство другого, и дефицит передаётся по цепочке. Поэтому, по Корнаи, повышение цен или улучшение методик планирования само по себе дефицит не устраняет: он заложен в поведении участников.
Ключ к этому поведению — мягкие бюджетные ограничения. Бюджетное ограничение жёсткое, когда организация может тратить только то, что заработала или заняла на обычных условиях, и при хронических убытках закрывается. Оно мягкое, когда организация обоснованно ожидает, что убытки покроет кто-то другой — обычно государство — через субсидии, льготы по налогам, льготные кредиты, списание долгов или повышение регулируемых цен. Корнаи ввёл это понятие в конце 1970-х годов и подробно разобрал в статье 1986 года в журнале «Киклос». Мягкость, по его анализу, делает предприятия нечувствительными к ценам, снижает эффективность и порождает неограниченный спрос на ресурсы.
В книге «Социалистическая система» (1992) Корнаи объединил экономический анализ с политическим. Он различал «классический социализм» сталинского и маоистского типа — репрессивный, но внутренне последовательный — и «реформаторский социализм», связанный с именами Тито, Кадара, Дэн Сяопина и Горбачёва. Реформаторский социализм ослабляет репрессии, но обостряет противоречия системы: неделимая власть одной партии, преобладание государственной собственности и бюрократическая координация несовместимы с настоящим рынком, и попытки их совместить ведут к распаду системы. Этот подход он называл системной парадигмой — анализом общества как связного целого, а не набора отдельных политик.
Что стало с идеями на практике
Главной лабораторией для Корнаи была Венгрия. С 1 января 1968 года там действовал «новый экономический механизм»: предприятия освобождались от обязательных плановых заданий, получали больше самостоятельности в производстве и инвестициях, ориентировались на прибыль, часть цен связывалась с мировыми, расширялось мелкое частное предпринимательство. В первые годы реформа дала заметный эффект, но в 1972–1978 годах была частично свёрнута под давлением консервативной части руководства и политики стран советского блока, а архитектор реформы Реже Ньерш в 1974 году был отстранён с высших постов.
В статье «Венгерский процесс реформ: видения, надежды и реальность» (1986) Корнаи подвёл итоги. По его оценке, реформа отменила директивные планы, но не изменила главного: предприятия по-прежнему зависели от министерств и банков больше, чем от покупателей, а убыточные фирмы спасались субсидиями и индивидуальными льготами. Управляющие смотрели «вверх», на ведомство, от которого зависело выживание, а не «вбок», на рынок. Иначе говоря, административный контроль ослаб, но мягкие бюджетные ограничения остались, и ценовые сигналы не заработали в полную силу.
Советская экономика знала те же явления. Хроническая нехватка, толкачи, сверхнормативные запасы и «выбивание» фондов, о которых пишет наш сайт, хорошо описываются языком Корнаи. Реформа 1965 года, связанная с именами Косыгина и Либермана, также пыталась сделать прибыль показателем работы предприятий, не меняя ни подчинения ведомствам, ни практики покрытия убытков, и в этом смысле повторила венгерскую траекторию. На русском языке «Дефицит» вышел в 1990 году в издательстве «Наука», когда плановая система уже распадалась, а «Социалистическая система» — в 2000 году.
Русское издание «Дефицита» было переведено со второго венгерского издания большим коллективом переводчиков под научной редакцией Д. Маркова и М. Усиевича. Для советских и российских экономистов книга оказалась описанием хорошо знакомой повседневности, изложенным строгим языком и без идеологических оговорок. Как отмечает исследователь А. А. Коряковцев, Корнаи прямо возражал против привычки называть воображаемые свойства идеальной картины социализма «объективными законами» и предлагал вместо этого изучать то, как система действительно работает. Именно этот метод, а не отдельные выводы, многие считают главным уроком книги для истории советского планирования.
Что сработало и что нет
Объяснительная сила теории дефицита оказалась очень высокой. Она объединила в одну картину явления, которые раньше объясняли по отдельности, — очереди, накопление запасов, трудовой дефицит, инвестиционные циклы — и связала их не с ошибками плановиков, а с устройством стимулов. Понятие мягких бюджетных ограничений быстро вышло за пределы социалистической экономики: его применяют к государственным компаниям, банкам, которые «слишком велики, чтобы обанкротиться», региональным бюджетам, больницам и университетам в рыночных странах.
Теоретическое развитие понятия шло в сотрудничестве с западными экономистами. Матиас Деватрипон и Эрик Маскин, будущий нобелевский лауреат, в статье 1995 года в «Обзоре экономических исследований» построили модель, объясняющую, почему мягкость возникает даже у рационального кредитора: когда проект уже начат и вложения сделаны, продолжить финансирование бывает выгоднее, чем списать вложенное, и исполнитель, зная это, заранее берётся за менее надёжные проекты. Их вывод особенно важен для практики: децентрализация финансирования, при которой у проекта несколько независимых кредиторов и ни у одного нет средств и интереса спасать его в одиночку, позволяет правдоподобно пообещать отказ от повторного финансирования и тем самым делает ограничения жёстче. В обзорной статье Корнаи, Маскина и Ролана «Понимание мягкого бюджетного ограничения» (2003) дана классификация причин и последствий этого явления для социалистических, переходных и рыночных экономик.
Спорными оказались некоторые прогнозы и выводы. Критики указывали, что Корнаи недооценивал способность реформированных систем к адаптации: Китай, сохранив однопартийную власть и значительный государственный сектор, добился многолетнего быстрого роста, хотя сам Корнаи в поздних статьях подчёркивал политические риски китайской модели. Кроме того, после 1990 года выяснилось, что простое введение частной собственности не делает бюджетные ограничения жёсткими автоматически: в переходных экономиках спасение крупных предприятий и банков продолжалось.
Наиболее важный для современной практики результат — перенос понятия на рыночные экономики. В обзоре 2003 года Корнаи, Маскин и Ролан прямо указывали, что мягкие бюджетные ограничения широко встречаются не только в социалистических и переходных, но и в рыночных экономиках, и сопоставляли их с другими проблемами обязательств во времени: ситуациями, когда участник заранее обещает жёсткость, но позже ему выгоднее уступить. Это означает, что проблема не исчезает вместе с Госпланом. Она возникает везде, где кто-то платит за результат, но не может позволить себе результата не получить.
Спор и критика
Экономисты школы неравновесия, прежде всего Ричард Портес, спорили с Корнаи о том, насколько дефицит в плановых экономиках был общим и хроническим. В статье Портеса и Дэвида Уинтера 1980 года в «Обзоре экономических исследований» модели неравновесия, разработанные для рыночных экономик, были применены к рынкам потребительских товаров нескольких социалистических стран; авторы пришли к выводу, что в ряде стран и периодов эти рынки были близки к равновесию, а нехватка носила частичный характер. Корнаи отвечал, что такие модели к плановым экономикам неприменимы: агрегированные данные не улавливают вынужденных замен, очередей и накопления запасов, а предприятия с мягкими бюджетными ограничениями не реагируют на цены так, как рыночные фирмы. Отсюда и практическое расхождение: по Портесу, изменение относительных цен могло бы восстановить равновесие, по Корнаи — нет. Сведения о масштабах дефицита в разных странах до сих пор расходятся.
Корнаи критиковали и за пессимизм относительно реформ. Сторонники рыночного социализма считали, что его выводы касаются конкретных однопартийных государств, а не идеи сочетания общественной собственности и рынка. Корнаи, напротив, всё более последовательно утверждал, что рыночный социализм на основе государственной собственности нежизнеспособен: государство-собственник не может надёжно обещать, что не спасёт своё предприятие. В книге «Путь к свободной экономике» (1990) он выступал за быстрое создание частного сектора и жёсткую финансовую дисциплину.
В последние годы Корнаи сосредоточился на сравнении систем. Он противопоставлял «экономику дефицита» социализма «экономике избытка» капитализма, где хроническим является избыток предложения и конкуренция за покупателя, стимулирующая инновации. Одновременно он критиковал отход Венгрии от демократических институтов в 2010-е годы и политическое развитие Китая. Эти поздние работы некоторые исследователи считают менее строгими, чем «Дефицит», но они важны тем, что Корнаи до конца настаивал: экономический механизм нельзя оценивать отдельно от политической системы.
Наследие сегодня
Корнаи — один из немногих экономистов социалистического лагеря, чьи понятия вошли в общий словарь мировой экономической науки. Мягкие бюджетные ограничения обсуждают, когда речь идёт о спасении банков в 2008 году, о долгах государственных корпораций, о финансировании регионов. Для истории планирования его главный вклад в том, что он перевёл спор с уровня моделей на уровень реального поведения организаций и показал, что проблема не в недостатке расчёта, а в ожиданиях: если все знают, что провал не будет наказан, никакие цены и показатели не заработают.
Признание его работ выходит далеко за пределы венгерской науки. Его книги переведены более чем на двадцать языков, а польский экономист Гжегож Колодко в статье 2021 года в «Вопросах экономики» назвал Корнаи самым выдающимся экономистом социалистического и постсоциалистического мира за последние полвека. При этом сам Корнаи до конца оставался исследователем, готовым пересматривать собственные взгляды: в 2019 году в статье в британской газете «Файнэншл таймс» он написал, что западные экономисты, включая его самого, консультировавшие китайские реформы с середины 1980-х годов, разделяют ответственность за то, что экономические успехи Китая заслоняли ограничение прав человека. Именно в этом смысле его наследие учит проверять собственные прогнозы.
Для «Открытого планирования» Корнаи — самый прямой и конкретный оппонент. Наша модель утверждает, что выплата возможна только за подтверждённый результат и что исполнитель рискует залогом. Корнаи ответил бы, что такие правила пишутся легко, но нарушаются в тот момент, когда провал грозит социально значимому объекту: школе, водоканалу, жилому кварталу. Государство, которое публично поставило цель, заинтересовано её спасти, и исполнитель это знает. Если модель не отвечает на этот вопрос заранее, она повторит судьбу венгерской реформы.
Отсюда требование, которое мы обязаны выполнить. Правило на случай провала должно быть записано до начала проекта: что происходит с залогом, кто завершает работу, по какой цене и из каких средств. Каждое исключение — продление срока, дополнительное финансирование, смягчение показателя — должно быть отдельным публичным решением с обоснованием, а не тихой договорённостью. Ведомство, заказавшее проект, не должно само решать, спасать ли своего подрядчика. Проверить, работают ли эти правила, можно только в пилотах, и если пилот покажет, что бюджетные ограничения размягчились, этот отрицательный результат нужно опубликовать.
Что берём в открытое планирование
- Мягкие бюджетные ограничения — главный риск контура исполнения. Правило «выплата только за подтверждённый результат» должно дополняться заранее записанной процедурой провала: судьба залога, передача работ другому исполнителю, источник средств на завершение; всё это входит в контракт или квоту до начала работ.
- Любое спасение исполнителя — отдельный юридически значимый артефакт. Продление срока, доплата, смягчение показателя или списание долга оформляются как публичное решение с обоснованием и попадают в журнал событий, чтобы размягчение ограничений было видно и считаемо.
- Разорвать зависимость исполнителя от заказчика. Урок венгерской реформы 1968 года в том, что предприятия смотрели на ведомство, а не на рынок; правило разделения должно запрещать ведомству, поставившему цель, единолично решать о спасении своего подрядчика, а по выводу Деватрипона и Маскина финансирование крупных проектов стоит распределять между независимыми источниками, чтобы отказ от доплаты был правдоподобным.
- Учитывать «инвестиционный голод» и завышение заявок. Заявки ведомств и подрядчиков на ресурсы проверяются по открытым данным в левой колонке и распределяются через аукционы и конкурсы, а не по объёму запроса.
- Применять стандарт жёсткого ограничения одинаково к частным и государственным исполнителям. Корнаи и его соавторы показали, что мягкость возникает и в рыночных экономиках, прежде всего у государственных компаний и крупных банков.
Чего не повторяем
- Не принимаем вывод, что сочетание публичных целей и рынка обречено. Корнаи говорил о системах с государственной собственностью на предприятия и однопартийной властью; наша модель строится на конкурентных исполнителях и демократическом контуре целей. При этом мы признаём, что его главный аргумент — государство не может надёжно обещать не спасать — к нам применим и должен проверяться.
- Не повторяем венгерскую схему частичной реформы, когда прибыль объявлена целью, а подчинение ведомствам и покрытие убытков сохранены. Отмена директив без жёстких бюджетных ограничений, по Корнаи, не работает, и мы не называем модель внедрённой, пока правила провала не действуют.
- Не считаем, что частная собственность сама делает ограничения жёсткими. Опыт переходных экономик после 1990 года показал обратное; поэтому жёсткость в нашей модели обеспечивается процедурами и публичностью, а не только формой собственности.
Связи идей
С кем автор спорил, чьи идеи развивал, кому отвечал и с кем разделил судьбу. Все связи — на общем графе. Граф связности идей
- Николай Вознесенский
Спор и критика →
Покрытие убытков дотациями в госплановской системе Корнаи позднее описал как мягкие бюджетные ограничения.
- Оскар Ланге
Спор и критика →
Корнаи показал, что при мягких бюджетных ограничениях правило «цена равна предельным издержкам» ничего не значит.
- Людвиг фон Мизес
Развивает идеи ←
Ответ Мизеса на модель Ланге перевёл спор к стимулам и ответственности, которые позже развили Хайек и Корнаи.
- Фридрих фон Хайек
Спор и критика →
Корнаи видит причину неудачи рыночного социализма не в вычислении цен, как Хайек, а в невозможности обещать не спасать.
- Евсей Либерман
Спор и критика →
По Корнаи, реформа 1965 года повторила венгерскую траекторию: прибыль стала показателем, а подчинение ведомствам и покрытие убытков сохранились.
Хронология
- 1928
Родился в Будапеште
- 1955
Уволен из газеты «Сабад Неп», переход в Институт экономики Венгерской академии наук
- 1959
«Сверхцентрализация в управлении экономикой» издана в Оксфорде
- 1968
В Венгрии начат «новый экономический механизм»
- 1979
Статья «Системы, ограниченные ресурсами, и системы, ограниченные спросом» в «Эконометрике»
- 1980
«Экономика дефицита»
- 1986
Статья «Мягкое бюджетное ограничение» в «Киклосе»; начало работы в Гарварде
- 1992
«Социалистическая система. Политическая экономия коммунизма»; основание Коллегиума Будапешт
- 2003
Статья с Маскиным и Роланом «Понимание мягкого бюджетного ограничения»
- 2021
Умер в Будапеште
Главные работы
- 1959Сверхцентрализация в управлении экономикой
- 1971Антиравновесие
- 1980Экономика дефицита (рус. пер. «Дефицит», 1990)
- 1986Мягкое бюджетное ограничение
- 1986Венгерский процесс реформ: видения, надежды и реальность
- 1990Путь к свободной экономике
- 1992Социалистическая система. Политическая экономия коммунизма (рус. пер. 2000)
- 2003Понимание мягкого бюджетного ограничения (с Э. Маскиным и Ж. Роланом)
Источники
- Большая российская энциклопедия. Корнаи Янош. 2017
- Большая российская энциклопедия. Социалистическая система. Москва, 2000. б. г.
- János Kornai; Kyklos. The Soft Budget Constraint. 1986
- János Kornai, Eric Maskin, Gérard Roland; Journal of Economic Literature. Understanding the Soft Budget Constraint. 2003
- Я. Корнаи, Э. Маскин, Ж. Ролан; Вопросы экономики. Осмысливая феномен мягких бюджетных ограничений. 2004
- János Kornai; Econometrica. Resource-Constrained versus Demand-Constrained Systems. 1979
- János Kornai; Journal of Economic Literature. The Hungarian Reform Process: Visions, Hopes, and Reality. 1986
- Википедия. János Kornai. 2025
- Центрально-Европейский университет. Janos Kornai 1928–2021, Economist. 2021
- Princeton University Press. The Socialist System: The Political Economy of Communism. 1992
- János Kornai; Oxford University Press. Overcentralization in Economic Administration. 1959
- Я. Корнаи; URSS.ru. Дефицит. Пер. с венг.. 1990
- А. А. Коряковцев; Антиномии. «Экономика дефицита» Я. Корнаи в контексте «политэкономии реального социализма». 2023
- Г. В. Колодко; Вопросы экономики. Янош Корнаи и его знаменательные работы. 2021
- Mathias Dewatripont, Eric Maskin; The Review of Economic Studies. Credit and Efficiency in Centralized and Decentralized Economies. 1995
- Richard Portes, David Winter; The Review of Economic Studies. Disequilibrium Estimates for Consumption Goods Markets in Centrally Planned Economies. 1980
- János Kornai; The Financial Times (копия на сайте HACUSA). Economists share blame for China’s ‘monstrous’ turn. 2019
- Википедия. New Economic Mechanism. 2025
Разбор подготовлен по открытым источникам. Даты, названия работ и цитаты сверены с перечнем источников внизу страницы; где сведения расходятся, это сказано в тексте.