Николай Прокофьевич Федоренко

Кто он и в каком времени

Николай Прокофьевич Федоренко родился 11 мая 1917 года в селе Преображенка Запорожской области и умер 1 апреля 2006 года в Москве. В 1937–1941 годах он учился в Московском институте тонкой химической технологии, затем прошёл подготовку в Военной академии химической защиты и в 1942–1945 годах служил в химических войсках, закончив войну капитаном. После войны Федоренко стал экономистом химической промышленности: в 1949 году защитил кандидатскую диссертацию об эффективности производства синтетического топлива, в 1955-м — докторскую о проблемах экономики химической промышленности, в 1949–1962 годах руководил кафедрой экономики химической промышленности, а в 1953–1958 годах был проректором своего института.

В отличие от Канторовича и Немчинова, Федоренко пришёл в экономико-математическое направление не как его основатель, а как организатор. В 1962 году его избрали членом-корреспондентом, в 1964-м — академиком АН СССР. С 1963 по 1972 год он возглавлял научный совет по экономическим проблемам химизации, а в 1970 году получил Государственную премию СССР. В 1963 году, когда на базе лаборатории Немчинова был создан Центральный экономико-математический институт (ЦЭМИ), Федоренко стал его первым директором и оставался им до 1985 года.

Одновременно он занимал ключевые посты в академической иерархии: был членом Президиума АН СССР (1967–1988) и академиком-секретарём Отделения экономики (1971–1985). Политическое окно в начале его директорства было благоприятным. По свидетельству Н. К. Байбакова, председателя Госплана СССР в 1965–1985 годах, которое приводит А. А. Белых, председатель Совета министров А. Н. Косыгин считал широкое использование экономико-математических методов и вычислительной техники одним из надёжных путей улучшения работы Госплана. 15 апреля 1966 года Госплан начал работу над автоматизированной системой плановых расчётов (АСПР).

Институт, который получил Федоренко, был создан по инициативе Немчинова на базе лаборатории экономико-математических методов, организованной в 1958 году. По данным Белых, первые разработки ЦЭМИ опирались на труды советских экономистов 1920-х годов, а также на работы Новожилова и Канторовича; с 1965 года институт выпускал журнал «Экономика и математические методы». Немчинов умер в 1964 году, и роль защитника направления перешла к Федоренко. Название статьи В. С. Балакина 2018 года прямо объединяет их: оба академика защищали экономико-математические методы оптимального планирования, но делали это в разных условиях — Немчинов в период признания, Федоренко в период нарастающего сопротивления.

Главные идеи

СОФЭ — система оптимального функционирования экономики — была задумана как самостоятельное направление экономической теории, а не просто набор математических приёмов. По данным О. Брагинского, теоретическая работа над ней началась около 1966 года; вместе с Федоренко в ней участвовали Лурье, Сухотин, Волконский, Пугачёв, Каценелинбойген, Овсиенко, Фаерман и другие сотрудники ЦЭМИ. В 1968 году Федоренко опубликовал работу «О разработке системы оптимального функционирования экономики», в 1972-м вышла коллективная монография «Проблемы оптимального функционирования социалистической экономики», в 1975-м — сборник «Система моделей оптимального планирования».

Брагинский выделяет три методологические основы СОФЭ. Первая — единый критерий оптимальности, то есть одна итоговая мера, по которой сравниваются все варианты развития экономики; в СОФЭ он понимался как математическое выражение основного экономического закона социализма — удовлетворения потребностей общества. Вторая — представление экономики как иерархической саморазвивающейся системы, в которой уровни народного хозяйства, отраслей, регионов и предприятий связаны между собой. Третья — математическое описание механизмов функционирования, то есть правил, по которым участники принимают решения и согласуют их.

По замыслу, СОФЭ представляла собой многоуровневую систему моделей, которая должна была информировать планирование. В общих чертах логика была такой: верхний уровень задаёт агрегированные цели и оценки ресурсов, нижние уровни оптимизируют свои решения, ориентируясь на эти оценки, а расхождения согласуются через повторные расчёты. Поэтому СОФЭ требовала не только моделей, но и соответствующей системы экономических отношений: цен, отражающих оптимальные оценки, кредита, хозяйственного расчёта и стимулов, согласованных с общим критерием. По изложению В. С. Балакина, Федоренко подчёркивал, что социально-экономический оптимум требует учёта ограниченности ресурсов при удовлетворении потребностей населения.

Интеллектуально СОФЭ была синтезом предшественников. По оценке Белых, концепция в большой степени опиралась на оптимизационные идеи Канторовича; от Немчинова она унаследовала мысль о соединении плана с хозяйственным расчётом, от Новожилова — внимание к измерению затрат. От балансового подхода Госплана и межотраслевых моделей, связанных с именем В. Леонтьева, СОФЭ отличалась тем, что стремилась не только согласовать ресурсы и потребности, но и выбрать наилучший вариант по единому критерию.

Что стало с идеями на практике

Отношения ЦЭМИ и Госплана были напряжёнными, но не враждебными во всём. И. Болдырев отмечает, что организации сотрудничали и предложения ЦЭМИ повлияли на ряд плановых инициатив; важнейшим связующим проектом была АСПР, которая должна была встроить межотраслевые и оптимизационные модели в процесс планирования. По данным А. В. Сафронова, аванпроект АСПР был готов к маю 1969 года, первая очередь введена в 1977 году, вторая — в 1985-м. Система охватывала около 600 плановых расчётов Госплана СССР и республиканских госпланов с десятками миллионов показателей по материальным балансам и планам распределения.

Но то, что вошло в практику, было автоматизацией старого метода, а не оптимальным функционированием. Сафронов показывает, что разработчики аванпроекта признавали оптимальный план конечной целью, но не могли определить оптимальность математически и ставили задачу получить сбалансированные планы, обеспечивающие достаточное использование ресурсов и достижение контрольных параметров. Около 5 % показателей предполагалось получать экспертными оценками, без формализованных алгоритмов, а по некоторым направлениям экспертно распределялось до 20–30 % ресурсов. Ограничения техники были серьёзными: машины «Урал-4» имели около 80 килобайт памяти при потребности более 26 мегабайт. Д. В. Диденко добавляет существенное: Госплан мог использовать АСПР автономно от её разработчиков, и после 1970-х годов влияние учёных на текущее планирование сократилось.

Информационная сторона неудачи СОФЭ глубже, чем нехватка памяти машин. Многоуровневая система работает, если нижние уровни передают наверх правдивые данные о своих возможностях, а верхний уровень передаёт вниз оценки, которым нижние уровни доверяют и которым подчиняются. В советской системе ни то, ни другое не выполнялось. Диденко показывает, что министерства как представители производителей вели административный торг, добиваясь роста капиталовложений и снижения плановых заданий. Модель, получающая данные от стороны торга, не может выдать оптимум: она выдаёт итог торга в математической форме.

Институциональная сторона ещё важнее. СОФЭ предполагала, что распределение ресурсов определяется ценами и оценками, вытекающими из общего критерия, а не решениями отраслевых отделов Госплана и министерств. Это означало перераспределение власти от аппарата к расчёту, и у аппарата не было причин соглашаться. Диденко формулирует итог: институциональный механизм прямого и систематического участия учёных в плановой работе не сложился, а конкуренция между институтами Госплана и Академии наук не привела к коалициям, улучшающим планирование. СОФЭ соперничала с госплановскими институтами методологически, но не была встроена в реальный процесс принятия решений.

Затем конфликт перешёл в политическую плоскость. По данным Балакина, в октябре 1974 года журнал Госплана «Плановое хозяйство» опубликовал резкую статью, обвинявшую руководство ЦЭМИ в пропаганде буржуазных экономических теорий; 1 ноября 1974 года Федоренко написал в ЦК КПСС, протестуя против подмены научной дискуссии политическими ярлыками. В мае 1975 года бюро Московского горкома КПСС рассмотрело недостатки в работе ЦЭМИ: в постановлении отмечалось, что более 40 % из 63 заведующих лабораториями беспартийные, восемь сотрудников подписывали письма, квалифицированные как антисоветские, а институт предлагал для внедрения не проверенные практикой разработки. По данным того же автора, после этого со своих постов были сняты заместитель директора С. С. Шаталин и экономист Н. Я. Петраков.

Что сработало и что нет

Сработал ЦЭМИ как научное учреждение. По оценке Болдырева, институт пользовался относительной интеллектуальной автономией и давал работу многим учёным, которым иначе было бы трудно найти место в академической системе; Федоренко годами и не без успеха защищал и сам институт, и его программу. Отдельные модели и методики вошли в АСПР и в отраслевые расчёты. В годы перестройки и первых реформ экономисты, связанные с ЦЭМИ, стали влиятельными экспертами.

Сработала, пусть и частично, связь АСПР с более широкими проектами автоматизации управления. А. В. Сафронов в отдельной статье рассматривает АСПР Госплана как необходимый шаг на пути к общегосударственной автоматизированной системе учёта и обработки информации — ОГАС, которую продвигал В. М. Глушков. Судьба обоих проектов похожа: техническая часть строилась, но логика принятия решений оставалась ведомственной. АСПР позволила существенно ускорить составление годового плана и решать множество балансовых задач, например увязывать ввод мощностей с объёмами проектно-изыскательских работ. Однако ускорение балансового метода не превратилось в переход к оптимальному планированию, ради которого создавались модели ЦЭМИ.

Не сработала СОФЭ как система управления. Она не стала рабочим механизмом планирования ни в 1970-е, ни в 1980-е годы. После распада СССР и перехода к рыночной политике, как отмечает Брагинский, многие стали считать СОФЭ лишь предметом изучения для историков экономики. Сам Федоренко в поздних работах, по данным того же автора, настаивал, что системный подход СОФЭ отвечает современным требованиям к прогнозированию, плановым расчётам и управлению хозяйством.

Ограничения были и в самом замысле. Единый критерий оптимальности предполагает, что общество может договориться об одной мере благосостояния и что её можно выразить формулой. В советской политической системе этот критерий не мог быть предметом открытого общественного выбора: его должны были предложить учёные и утвердить партийные органы. Модель, в которой цель задана экспертами без процедуры публичного согласования, остаётся технократической даже при безупречной математике.

Спор и критика

Критика со стороны Госплана и сторонников традиционного планирования была двоякой. Идеологически СОФЭ обвиняли в протаскивании буржуазных теорий — эта линия дошла до статьи 1974 года и разбирательства в горкоме 1975 года. Содержательно ей противопоставляли отраслевое балансовое планирование. Эта позиция жива и сегодня: в публицистической статье С. Рыбаса в «Литературной газете» (2025) утверждается, что СОФЭ смещалась в сторону прожектёрского прогнозирования, тогда как госплановский журнал отстаивал долгосрочное отраслевое планирование по леонтьевскому образцу; автор связывает сторонников СОФЭ с последующими рыночными реформами. Это оценка публициста, а не результат исследования.

Западная научная литература рассматривает СОФЭ как, возможно, самую систематическую попытку разработать математические методы для планирования и управления советской экономикой. Р. Эриксон назвал свою статью 2019 года в журнале по истории политической экономии «Рост и увядание системы оптимального функционирования экономики». Ранее, в 1973 году, М. Эллман посвятил отдельную книгу вкладу математической экономики в решение проблем советского планирования в 1960–1971 годах.

Критика с позиций информационной экономики, восходящая к аргументам Хайека в споре с Ланге, направлена в самое основание СОФЭ: центр не может получить знание, рассеянное между миллионами участников, а участники не заинтересованы его раскрывать, если от этого зависит их задание. Советский опыт, описанный Диденко, согласуется с этим возражением, но уточняет его: провал был связан не только с принципиальной невозможностью собрать знание, но и с конкретным устройством ответственности, при котором те, кто поставлял данные, одновременно торговались за ресурсы.

Сам Федоренко отвечал критикам, что научный спор нельзя вести политическими ярлыками. Эта позиция защищала право на исследование, но не отвечала на институциональный вопрос: даже если бы идеологические обвинения были сняты, у СОФЭ не было закреплённого права влиять на распределение ресурсов и механизма, который заставлял бы стороны раскрывать данные.

Наследие сегодня

Центральный экономико-математический институт существует как ЦЭМИ РАН, а при нём действует Международный научный фонд экономических исследований академика Н. П. Федоренко. С 1987 года и до смерти Федоренко был советником Президиума АН СССР, затем РАН. В 1994 году он подвёл итог тридцати лет исследований в книге «Вопросы экономической теории», а в 1999 и 2001 годах издал воспоминания «Вспоминая прошлое, заглядываю в будущее» и «Россия: уроки прошлого и лики будущего».

Для истории планирования судьба СОФЭ — наиболее полный пример того, что вычислительная техника и сильная научная школа не меняют планирование сами по себе. АСПР была построена и работала, но стала ускорителем балансового метода, а не носителем нового механизма. Решающими оказались вопросы, которые не решаются в модели: кто поставляет данные и отвечает за их правдивость, кто имеет право использовать модель и обязан ли он публиковать её версию, кто задаёт критерий и как его можно оспорить.

Урок, актуальный и для нынешних дискуссий о стратегическом планировании, в том, что многоуровневое согласование через оценки возможно технически, но требует разделения ролей: отдельно тех, кто задаёт цели, тех, кто исполняет, и тех, кто проверяет. В СОФЭ эта архитектура была математической; в советском государстве все три роли оставались у одного аппарата.

Связи идей

С кем автор спорил, чьи идеи развивал, кому отвечал и с кем разделил судьбу. Все связи — на общем графе. Граф связности идей

• Василий Немчинов

  Практика и институт ←

  ЦЭМИ создан в 1963 году на базе лаборатории Немчинова; первым директором стал Федоренко.

• Василий Немчинов

  Развивает идеи ←

  СОФЭ унаследовала от Немчинова соединение плана с хозяйственным расчётом, а защиту направления после 1964 года взял Федоренко.

• Леонид Канторович

  Развивает идеи ←

  Концепция СОФЭ, по оценке Белых, в большой степени опиралась на оптимизационные идеи Канторовича.

• Виктор Новожилов

  Развивает идеи ←

  От Новожилова СОФЭ унаследовала внимание к измерению затрат.

• Василий Леонтьев

  Практика и институт ←

  Межотраслевой баланс получил наибольший размах в АСПР Госплана — связующем проекте Госплана и ЦЭМИ.

• Виктор Глушков

  Практика и институт ←

  Федоренко входил в комиссию Глушкова по ОГАС и в 1964 году написал с ним статью о сети вычислительных центров.

• Виктор Глушков

  Общая судьба ←

  АСПР и ОГАС: техническая часть строилась, но логика принятия решений осталась ведомственной.

• Фридрих фон Хайек

  Спор и критика ←

  Аргумент Хайека о рассеянном знании направлен в основание СОФЭ: центр не получит знание, которое участники не хотят раскрывать.

• Виталий Найшуль

  Практика и институт →

  После института при Госплане Найшуль с 1981 года работал в ЦЭМИ, которым руководил Федоренко.

Хронология

1. 1917

   Родился 11 мая в селе Преображенка Запорожской области

2. 1963

   Назначен первым директором Центрального экономико-математического института АН СССР

3. 1964

   Избран академиком АН СССР

4. 1966

   Начало работ над СОФЭ в ЦЭМИ; Госплан приступает к созданию АСПР

5. 1968

   Работа «О разработке системы оптимального функционирования экономики»

6. 1971

   Становится академиком-секретарём Отделения экономики АН СССР

7. 1974

   Резкая статья против руководства ЦЭМИ в «Плановом хозяйстве»; письмо Федоренко в ЦК КПСС

8. 1975

   Бюро Московского горкома КПСС рассматривает недостатки в работе ЦЭМИ

9. 1985

   Оставляет пост директора ЦЭМИ; введена вторая очередь АСПР

10. 2006

    Умер 1 апреля в Москве

Главные работы

• 1968О разработке системы оптимального функционирования экономики
• 1972Проблемы оптимального функционирования социалистической экономики (коллективная монография)
• 1975Система моделей оптимального планирования (под редакцией)
• 1980Вопросы оптимального функционирования экономики
• 1994Вопросы экономической теории
• 1999Вспоминая прошлое, заглядываю в будущее
• 2001Россия: уроки прошлого и лики будущего

Источники

1. ИНИОН РАН, материалы к биобиблиографии учёных. Федоренко Николай Прокофьевич. без даты
2. Балакин В. С.. Из социальной истории советской науки: академики В. С. Немчинов и Н. П. Федоренко защищают экономико-математические методы оптимального планирования (1960-е — середина 1970-х гг.). 2018
3. Брагинский О. Б.. Николай Прокофьевич Федоренко: от химизации народного хозяйства к системе оптимального функционирования экономики (СОФЭ). 2018
4. Диденко Д. В.. Изменение качества планирования экономики в позднем СССР: технологическая и институциональная динамика. 2021
5. Сафронов А. В.. Автоматизированная система плановых расчётов Госплана СССР и технологические ограничения внедрения ЭВМ в государственное управление в СССР. 2020
6. Сафронов А. В.. Автоматизированная система плановых расчётов Госплана СССР как необходимый шаг на пути к общегосударственной автоматизированной системе учёта и обработки информации (ОГАС). без даты
7. Boldyrev I.. Soviet Mathematics and Economic Theory in the Past Century: An Historical Reappraisal. 2024
8. Ericson R. E.. The Growth and Marcescence of the «System for Optimal Functioning of the Economy» (SOFE). 2019
9. Белых А. А.. Экономические идеи Л. В. Канторовича и их восприятие в СССР и на Западе. 2024
10. Ellman M.. Planning problems in the USSR: the contribution of mathematical economics to their solution 1960–1971. 1973
11. Рыбас С.. По тупиковому пути. 2025
12. Википедия. Федоренко, Николай Прокофьевич. без даты

Разбор подготовлен по открытым источникам. Даты, названия работ и цитаты сверены с перечнем источников внизу страницы; где сведения расходятся, это сказано в тексте.